АХ ВОТ ОНО КАК. РАССКАЗ ХОРОШ? НУ ДЕРЖИТЕСЬ. ТОТ КТО СМОЖЕТ ПРОЧИТАТЬ ТО, ЧТО Я СЕЙЧАС ВЫЛОЖУ И ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ ПОЛУЧИТ В НАГРАДУ ЕЩЁ КУЧУ ФОТОК ИЗ ИНДИИ. ИТАК. МОИ ПИСЬМА ИЗ ИНДИИ ПРОШЛЫХ ЛЕТ. КОГДА ИНДИЯ МНЕ ЕЩЁ НРАВИЛАСЬ. Сезон 2010-2011гг. (переселение из Арамболя от Питера в Керим к Ширишу) ПРИВЕТ КОШКАЙ. ЗАВТРА Я ДЕЛАЮ ПОПЫТКУ ПЕРЕСЕЛИТСЯ К ШИРИШУ. СЕГОДНЯ ПРОБОВАЛ МОТОЦИКЛ. В ОБЩЕМ НЕ НОВЬЁ КОНЕЧНО, НО ЛУЧШЕ ПОКА РАЗДОЛБАНЫЙ МОТ ЗА 165 РУПАСОВ ЧЕМ ЕЩЁ БОЛЕЕ РАЗДОЛБАНЫЙ МОПЕД ПИТЕРА ЗА 150. БУДЕТ НЕ ТО, ИЗМЕНИМ. СЕЙЧАС ПОЙДУ СЧИТАТЬ ОБМЕН ДЕНЕЖЕК, ЧТО БЫ ЗАВТРА ЗАПЛАТИТЬ ЕМУ ДО КОНЦА НОЯБРЯ И НАЧАТЬ НАЛАЖИВАТЬ ГАЗ НА ИМПРОВИЗИРОВАННЙ КУХНЕ И ПРОЧЕЕ. РАЗВЕСЁЛАЯ КОМПАНИЯ НА ПЕРВОМ ЭТАЖЕ БУХАЕТ В УСМЕРТЬ, НО ШИРИШ СКАЗАЛ, ЧТО ОНИ СЪЕДУТ ЧЕРЕЗ НЕДЕЛЮ. ВОТ ТАКИЕ ДЕЛА. НИЖЕ Я НАКАТАЛ БОЛЬШОЕ ПИСЬМО НЕСЧАСТНОМУ ГУБЕРМАНУ, ПРОВЕРЬ ОШИБКИ, И ОТОШЛИ ЕМУ БЕДНОМУ. ПОТОМ РАССКАЖЕШЬ КАК ПОЛУЧИЛОСЬ. ТЫ ТОЖЕ МНЕ ЧЕГО НИ-БУДЬ НАПИШИ. ИЛИ ПОШЛИ ЭСЕМЕСКУ. ПРИВЕД. ПИНГВИН. --------------------------------------------------------------------------------------------------------------- Привет мой далёкий столичный друг. «В первых строках своего письма» как писали в стародавние времена наши недалёкие предки, «я сообщаю»….. Нет, я не сообщаю, что соседская корова Нюрка отелилась, и что дед Пахом ещё жив и недавно огулял заезжую молодуху. А сообщаю я, что самолёт, как бы не тянуло его вниз, согласно с законами физики, поближе к нашей грешной планете, так и долетел до забытой людьми и богом, далёкой Российской провинции именующейся аббревиатурой ГОА. Как это расшифровать я не знаю, да и никто здесь не знает, так что оставим это название в незнании. В самолёте наш российский плебс показал что жив, не вымерли ещё казаки, и гудёж на протяжении всего полёта стоял немыслимый. Бутылки с фришопным вискарём просто носились в воздухе. Апофеозом всего, стало то, что некий столичный россиянин, на втором литре, перепутал всё, и прилюдно пописал на аварийный выход, показав таким образом и широту натуры, и то из чего писал- не маленького размера,- остальной публике. Поступок его был народом понят, принят на ура, отмечен аплодисментами, которые не снились даже пилотам, всё же посадившим в результате это железное корыто на землю. Недовольной осталась только стюардесса, которая видимо всю жизнь мечтала о таком шланге, но, из-за врождённой кривомордости не смогла его добыть даже учитывая количество выпиваемого мужественной частью человечества пойла в полётах. В общем-то, без труда покинув зону аэропорта, я окунулся в парнУю местного климата. Это хорошо. Пахнет ИНДИЕЙ. Без труда отбившись от роящихся Индобомбил, я гордо, типа я вам не тут, я опытный, прошествовал к ни чем не обозначенной остановке автобуса. Это типа я такой прямо бывалый гоанец, что даже ни чем не обозначенную остановку знаю. И дальше, это, в какой-то степени, был апофеоз моего прибытия. Это когда ты не заискивающе растерянно смотришь на кассира, а небрежно суёшь ему в руки замусоленную пятёрку рупий, зная правильные местные цены. Реакция разочарования на лице кассиров это бальзам для моего сердца. Что, козлоиндусское племя, не удалось обуть «белого кролика» накрутив десять концов на билете? Ну, не кисните, будет и на вашей улице праздник. Забредёт и к вам в автобус растерянный американский миллиардер который не знает купюры меньше таузена (1000) баков за проезд в один конец. Дальше бросок до первого перекрёстка, первая пересадка, бросок до столицы (Панаджи), пересадка. МапсА, МапсА, МапсА, МапсА - орёт тощий индусский зазывала. Бросок до Мапсы, (ближайший городок-деревня от Арамболя), пересадка и знакомая до боли дорога в деревню Арамболевку Мапсинского уезда. А вот и родная деревня. Выдёргиваю из багажника автобуса свои рюкзаки, причём автобус при этом медленно едет от меня, так у них блядеиндусов принято, навьючиваю всё на себя (фотографию моего походного вида ты видел), закуриваю, озираюсь по сторонам – ХОРОШО. Вся дорога в 70км обошлась в 55 рупий, вместо предложенных аэропортовскими бомбилами 1200рупий, и дольше выкура одной сигареты на пересадках не задержался. Бодро топаю в знакомом направлении к гестхаусу Питера (школьному учителю индинглиша) у которого мы жили в конце прошлого сезона, по дороге отбиваясь от настойчивых предложений немедленно сдать мне в аренду мотоцикл, скутер, велосипед, самокат, колесо от телеги, вентилятор, жену, кофемолку, подержанный но вполне ещё рабочий маслопроводный шланг, сестру, брата, свинью, собаку, бродячую но гордую священную корову, деревянное дедушкино кресло- качалку, и прочее, прочее, прочее. А так же поселить меня в комнате, вилле, бунгало, отдельно стоящем домике с кухней, без кухни, но с уборкой, без уборки, но с горячей водой, без воды, но с холодильником, без холодильника, но с газом, вообще без ничего, но с интернетом, и прочее, прочее, прочее. Отвергая всех и вся, я упорно двигался к намеченной цели. Я желал Питера, потому, что в конце прошлого сезона он обещал мне сдать комнату с душем и туалетом за 150 рупий в день, и у меня была надежда развести его ещё и на холодильник. ХУ…ШКИ. Меня конечно узнали, все были очень рады. Даже бабушка просила заезжать, да адрес не оставила. НО. Быстро объяснили, что обещать - не значит жениться, жизнь меняется, и всё имеет свою цену, а цена эта зависит от того, что увидел дедушка покойной бабушки младшей сестры его жены. За малепусную, и крайне не удобную комнату на втором этаже, без холодильника он теперь хочет 250 рупий, и конечно же (далее его почти прямая речь) -«..он заработал бы на ней больше, но из чисто дружеских чувств уступает её мне за эту мизерную цену. -Холодильник, это огромная проблема. И если я его куплю за 10000 рупий и оставлю ему на память после окончания сезона, он, так и быть разрешит его поставить в комнате, при условии доплаты за электричество. Раздолбаный мопед 150 рупий в день только из любви ко мне..», и так далее. За мотоцикл, - пока предлагают Авенжеры, это поменьше Булетта, такой небольшой чопперок, хотят то 250 рупий, то 300 рупий, и так далее. В общем, я подумал, подумал, собрался с силами, взял у него мопед на прокат, что бы иметь начальную свободу передвижения, и двинулся на границу штата,- в Керим. Добрый учитель ещё запарил мне 2 литра бензина по 60 рупий (при цене 50 рупий за литр), и обменял 50 долларов по 43 рупии (при курсе 44, 5 как минимум) утверждая, что это самый верный курс, и конечно самый лучший бензин, а так как я всё же натёр-таки ноги, и вообще не очень вменяемый после полёта и автобусов, то пока на это как бы повёлся и поехал к своей второй надежде – Ширишу. Шириш, это такой весёлый ловец «белых кроликов» (так индусы называют белых братьев во Христе, которых можно обувать на всё за что ни возьмись, для тех кто только что сошёл с самолёта и не успел покрыться загаром мудрости и знанием местных цен,- есть ещё одно, специальное, название – Фрэш чикен – свежая курица, для них любая цена умножается на 10 и на тебя глядят, с доброжелательной улыбкой, честные глаза индуса). У него дом в самой последней перед границей деревне северного ГОА. В прошлом году я с ним общался, и он тоже называл-зазывал какие-то приемлемые цены. Интерес был еще в том, что в Кериме (так называется его деревня) должно быть потише, чем в Арамболе. Относительно потише, так как зверский шум может образоваться в виде обкурившегося соседа по этажу. Индия, фигли… В мопед вписался как в домашний тапочек. Правда, у домашнего тапочка гораздо меньше возможностей убить своего хозяина. Газ, дорога, не передаваемый запах Индии, ветер в лицо, и слепые повороты со спуском и подъёмом почти одновременно, мимо мелькают индусы, радостные такие. А как же не радоваться – на мопеде едет толстый белый кошелёк, это ведь здорово! Подъехав к дому Шириша, я увидел на крыльце весёлую компанию москвичей, которые на вопрос есть ли Шириш, ответили - Гашиш немного есть ,заходи. Они пока занимают первый этаж, 2 комнаты с кухней, холодильником и так далее. В принципе прикольные ребята, когда вменяемые, жалко, что они не бывают вменяемые. На втором этаже в одной из комнат живёт иностранец из Мюнхена, тоже вполне доброжелательный, у него комната с мойкой, газовой плитой 2-х комфоркой, и так далее. Дружно разыскав в доме Шириша, который как раз самозабвенно любил свою жену в одной из ещё не сданных комнат, мы всем скопом пользуясь кусками разных языков, а больше жестами и междометиями приступили к выяснению условий заселения. Один из Москвичей, для облегчения общения даже забил трубочку гашишем, и с каждой затяжкой говорил на почти незнакомом ему английском языке всё лучше и лучше. Ширишь показал соседнюю комнату, с балконом, кроватью, столом пластиковым, душем, и туалетом, в ней уже стоит холодильник. Она немного побольше, чем комната Питера на 2ом этаже (раза этак в три больше), так мне показалось. За холодильник, он хочет 20 рупий. Чёрт, вот нельзя с недосыпа договариваться, это я только сейчас понял, что кажись в день 20 рупий это что-то круто. Хотя после каверзных разговоров-разводов с Питером в Арамболе, показалось, что с холодильником это не круто. В общем надо ещё разбираться. Я его запугал злой женой, которая вот приедет, как всё увидит. В общем, мало не покажется. Про газ он сказал, что большой баллон, которого по его словам должно хватить на все месяцы (ну да, как же), стоит 450 рупий, и если я даю ему эту сумму, то он заправляет нам баллон, и от себя прикладывает к ней 2-х комфорочную плиту. Мы с ним порешали, что в принципе, её можно поставить на балконе, чтобы газ не был в комнате, и готовить. Дальше. Показал Авенжер. Хоть и удолбанный, но на вид вполне приличный, сегодня я его попробовал. Ну что я могу сказать – в общем-то он ездит. Дальше видно будет. Шириш возжелал за него 200 рупий. Я ему напомнил, что он обещал в прошлом году мотоцикл, за 165 рупий в день, и это был Буллет. Он привёл индологичное предположение, что Буллет жрёт бензина в два раза больше чем Авенжер, так что, конечно самый лучший на свете мотоцикл, для индуса, это тот, который нужно впарить. Дальше, всё как и положено в Индии, - я попробую проедусь? -да, конечно, но у него сел аккумулятор -а когда? -завтра. Завтра, это вообще главное индийское слово. Приезжаю завтра, пробую. -А почему спидометр не работает, ты же говорил он исправный? -Завтра сделаю -А где зеркала. -Не проблема – завтра сделаю -а вот это? -Не вопрос, завтра. -в общем договорились, что завтра я за ним приеду (за Ширишем) он сядет на машину, я впереди, и поедем в Арамболь за моими вещами. -Так поедем? -Нет, так нельзя, только за 200рупий. - А жену встречать поедем? - Поедем за 1200, - Ни хрена, давай за 1000. - Ладно. Сговорились. -Хрен с тобой. До завтра. Итого . Комната 200 рупий, Холодильник 20 рупий, мотоцикл Авенжер 165 рупий, ---- то есть 385 рупий в день + единовременно за газ 450 рупий на всё как бы время. Я замерил расстояния на мопеде. До Арамболя 7,5 -8,0 км. До пляжа 2,5-3,0. В общем как в Москве до Кузьминского пруда. (но это по версии спидометра мопеда. Позже выяснилось: до Арамболя 10,0км, до пляжа 1,2км.) Да, в варианте Шириша, платить предполагается помесячно, то есть за каждый месяц вперёд. Вот такие дела. Вечер первого дня закончил в нашем любимом кафе – «Коконатс 21». Непередаваемый вкус холодного клубничного сока со льдом. Один стакан, рипит плиз, ещё – ох, хорошо. Тащи мне брат Рыбную тику, и чиз гарлик наан. Ух, еле сожрал. На столах огоньки керасиновых плошек, волна стучит в берег, обдаёт пеной. Рядом лежит корова, под столом ждёт своей доли собака. Иди в жопу собака, сегодня тебе ни чего не достанется, вот буду есть куриную тику, тогда заходи. ХОРОШО. Официант тот же что и в прошлый сезон. Естественно меня узнал. Привет говорит, как жизнь говорит, где жена говорит, и ещё чего-то говорит, говорит, говорит, нет, я обожрался и уже ничего не понимаю, спать пойду. По дороге домой проезжаю мимо овощного лотка, где мы в прошлом году покупали всякое по всякому. Хеллоу сэр, - продавец кричит - как жизнь кричит, я вас узнал, кричит. Не кричи, я тебя тоже узнал, здравствуй, приедет жена, и что-нибудь у тебя купит. Хорошо – кричит, я жду. Ну, жди. Я еду, еду, уже совсем темно. Я устал как собака, но мне радостно, что только вчера я был в гнусной слякотной чёрной дыре столицы, а сегодня уже с набитым Тиккой брюхом еду на мопеде в ГОА. Ну что ещё рассказать. Второй день каждое утро плаваю. Вода прекрасна, волны прекрасные, пологие, красивые, замечательные, умопомрачительные и так далее. Плыву, считаю, туда 600 гребков, обратно 600 гребков, на следующий день туда 700 гребков, обратно 700 гребков, ну, и так далее. После каждых 100 гребков лежу на воде раскинув руки и ноги. Хорошо. Даже ноги не тонут. Расслабуха. А на дереве, на самом кончике, сидит ворона и с философской невозмутимостью смотрит на бесполезное, пока живое, белое мясо, «белого кролика», и раздумывает, видать, что хороший, вкусный белый, - это дохлый белый. А живой белый, совершенная бессмыслица и ошибка природы. Я как бы переселяюсь в ворону и думаю её мысли. -Вот что этот жирный оковалок по воде ластами хлопает, небось, думает что у него есть цель. Цель в жизни. Это вообще очень искривлённое понятие. Абсолютная бессмыслица. На самом деле важна не мифическая цель, а ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ. Вот предназначение этого оковалка, к примеру, быть расклёванным воронами. Принести радость насыщения. Да, сиюминутную радость, ну и что же. А кто сказал, что ваши грёбанные цели не сиюминутны. Так вот, ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ оковалка стать удобрением и дать жизнь хорошим добрым воронам, а уже пройдя через воронью жопу дать жизнь травинкам, веточкам, а он что делает? Хернёй он занимается, баран. - (это тоже думаю не я, а ворона) По пляжу идёт белая тётка у неё большая толстая попа. Она дурочка думает, что если будет долго идти, то попа станет меньше, тогда, она найдёт себе классного самца, ну, чтобы все подруги обзавидовались. Самец тот, поселит в неё семечко, из него вырастет новый «белый кролик». Заработает денег, приедет в Индию, его обуют на эти денежки, и от него останется много вкусных отходов, а может и сам утонет, тогда вообще пир горой. -На берегу стоит Индус, и чистит зубы. Они тут вообще чистят зубы везде. Идёшь утром к пляжу, а по дороге идут индусы, и чистят на ходу зубы. Это у них прикол такой, чистить зубы где попало. Не хрена ему стоять. Чистить зубы не его предназначение. Его предназначение «разводить белых кроликов» что бы от них оставалось много вкусных отходов. Улетела ворона, ну и бог с ней, и мысли-то у нее какие-то гадские. Расслабленное лежание на волне навевает некий поток сознания не поддающийся корректировке. В общем-то, его нельзя передать, его надо испытать. На том пока заканчиваю свои дозволенные речи, дорогой моему сердцу далёкий столичный друг, и иду менять для Шириша деньги, что бы завтра к нему переселиться. С приветом Птица Пингвин. +++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++ …Подошвы оставляют глубокие рубчатые следы на песке дюны. Наган натирает бок через просоленную от пота рубашку… …Здравствуйте, дорогая Катерина Матвевна. В первых строках своего письма я сообщаю, что народ тут подобрался хороший, можно сказать душевный……только здороваться с ними каждую минуту очень надоело. Ой, это же не моё кино, я в индийском кино…. Так. Значит, всё не так. Я открываю глаза, передо мной мой бледнолицый друг компьютер. А за окном пальмы, птички, и обезьяна сидит на дереве. Дааааа, я же пишу письмо в Москву. Ну, точно, на кровати валяюсь, и письмо пишу. Я его скину на жёсткий диск, а завтра засуну этот диск в идокомпьютер, перекину на мэйл и сэкономлю платное время. О, какой я хитрый - как индус и бережливый как еврей. Итак. Здравствуй моя далёкая горячо любимая жена Кошка. -Эй, слышь парень, а что правда, - прямо горячо любимая? -Ну а что тут такого, любимая, иногда горячо, иногда просто любимая, бывают иногда разногласия, так у кого их не бывает. Чёрт, а кто это тут, со мной говорит. - Как это кто. Это я, ГОЛОС. - То есть чей это ГОЛОС. -Как это чей. Вы в своей России, после крепостного права что ли не как не оклемаетесь. Что значит чей, ни чей, просто ГОЛОС и всё. -Да где ты есть то, чего я никого не вижу. -И не увидишь, потому, что я у тебя в голове. -Ни фига себе, а что это ты в моей голове делаешь? -Ну, в твоей или не в твоей это вопрос философский, давай не будем. Не ты её делал, не тебе и присваивать. Пользуешься по мере сил, и будь доволен. Живу я тут, так сказать с некоторого времени и, кстати, не думай, что мне здесь очень нравится. Грязная у тебя голова, неуютная. -Ну да, грязная, - я её целый день то в море то под душем мою. -Да я не про то. Мой, не мой, меня это мало касается, а вот мыслишки у тебя, мыслишки то поганенькие. Ну, вот что ты вчера про тётку с толстой попой думал? Ну вот, и помолчи. Мне тут изнутри всё видно. -Слышь, ГОЛОС, ты давай вали из моей головы, я тебя в неё не звал. -Ни фига себе, он не звал, а с какого бодуна ты вообще решил, что это от тебя зависит. Заткнулся? Ну, вот и помолчи, лучше, о чём-нибудь хорошем подумай, я страсть как хорошие мысли люблю. У меня от них, ну в общем как у вас в комнате с озонатором, примерно. - Чёрт, что за фигня, только вот письмо писать начал. - С чего это ты взял, что пишешь. Разуй глаза, мне-то изнутри всё видно. Вон перед тобой индус стоит, ты же в джус центре сок заказываешь. Он перед тобой уже минуты три мнётся, а ты на стенку смотришь. По белой стене бежит ящерка. Побежала, остановилась, побежала, остановилась, головой крутит, глазки бусинки. Может это та самая, королева горы. В детстве читал, Малахитовая шкатулка, потрепанная такая книжка была и, между прочим, любимая. Там ещё Данила мастер, чудил. -Сэр,сэр, вот ду ю вонт. АААААА, чёрт, что это за фигня. Плиз Ту стравсбери колд джус. Мощное береговое течение подхватило меня и понесло вдоль песчаного пляжа от того места где остались лежать на песке полотенце и шорты, в сторону прибрежных камней на горизонте. Я перевернулся, попытавшись нащупать дно под ногами но, не дотянувшись, завис в воде как поплавок, не прилагая для этого ни каких усилий. Замечательная вещь, законы природы, типа, «тело впёрнутое в воду …… силой выпертой воды…» С гребня песчаной дюны ветерок призывно махнул лапами беременных кокосами пальм. Вылупились бамбуковыми глазницами выстроившиеся на берегу, в ожидании гостей, хижины-бунгало. Шаг, шаг, пол шаг, поворот, шаг назад, шаг в сторону, Шаг, шаг, пол шаг, поворот, шаг назад, шаг в сторону, Шаг, шаг, пол шаг, поворот, шаг назад, шаг в сторону. По берегу идёт белая тётка, и танцует на ходу какой-то замысловатый танец. Музыка не слышна, только в движениях ощущается ритм, который звучит внутри неё. Руки летают в плавных движениях над головой, руки, что- то хотят сказать, объяснить, очень важное рвущееся из глубины её сознания. Махнув плавником, вывернувшись, из настойчиво подталкивавших ласковых объятий волны, я обернулся и, передо мной раскинулась бесконечность. Желтое сияние, вынырнув из туманного марева, ударило в глаза и покатилось вниз, на долгожданное свидание с жадно ждущим его морем. Зажмуренные веки расцветились радугой, в лицо озорно плеснула пенным гребнем волна, скатившись слезинками по щекам. Полюбовавшись разноцветьем, я развернулся на 180 градусов и сделал несколько гребков к берегу, ноги нащупали дно. Волна, изогнувшись догнала меня, подтолкнула и тут же лизнув песок откатилась назад увлекая меня за собой. Шаг вперёд, два назад, шаг вперёд, два назад, надо сделать усилие, но усилие делать лень, лень, лень, лень…. Я играю, наслаждаюсь морем. Море играет со мной. Оно играет со мной так же, как со случайно слетевшим с проходящей лодки бумажным стаканчиком, как брошенным неряхой огрызком яблока, хвостиком ананаса; где-то сорванным буйком, щепкой, которая когда-то была частью трудяги лодки, кормилицей большой индосемьи, она честно, до самой гибели делила с хозяином радости и неудачи; осколком бутылки в которой утопил своё маленькое никчемное горе глупый человечек. Мне обидно, я чужой, игрушка в неведомом космосе бескрайнего пространства. Не осознаваемое, до этой минуты, но давно созревшее желание молнией проносится в голове. Я не хочу на берег. Хочу жить с морем одной жизнью, стать своим среди обитателей этого неведомого мне мира. Ну ка – как там, КРЕКС ПЕКС ФЕКС, что ли? Я взмахнул засеребрившимся чешуёй хвостовым плавником, и ушёл на глубину. Впереди долгий путь. Туда, где небо сливается с морем. Туда, где солнце окунается в волну. В новый неведомый мир. …Трям, трям, трям, трям – это мобильник печально затухает на столе, после титанического труда переноса букв из далёкой Москвы в Индию. Ночь. Кошка написала мне эсемеску. Полупроснувшись я тянусь к телефону. Светится экран, чернеют буквы. «Здравствуй, дружок, Наступил вечер/ночь…» Гляжу в окно. Чёрт и правда, ночь. «…и вот я здесь…» Ух ты здорово. Вскакиваю, оббегаю комнату, заглядываю под кровать, на балкон, простите, в туалет…. Нет ни кого. Эх, надули, вот всегда так. «…Я слышала, как в твой п.ящик упало письмо…» Вот это слух. Так, если она слышит как в Арамболе упало письмо, так она же и меня наверно слышит. - Кошка, Кошка, привет, как ты там… Ну да, она-то наверно меня слышит, а я-то её не слышу. Небось тоже кричит сейчас – Птица, Птица, привет… Эх, нет у меня таких способностей. Я вообще какой-то неспособный, у меня из Керима даже эсемески не отправляются. Ладно, будем тренироваться. Утро. Вначале море. Топаю километры. Здрассссте, монннинг, хау а ю, файн, здрасссте, монннинг…. Ух радостные все такие, и какое им дело как мои дела. У меня вообще, слава создателю ни каких дел нет. Я купаться иду. Плюх, плюх, плюх, ….. Вот. Сегодня уже 800 гребков. Теперь упражнения, таааак, и таааак, да, этот оковалок гнётся плохо, это факт. Ух, как песок жжётся. Топ, топ, топ. Здрасссте, Моннннинг. Блин, достали. Уффф. Поеду читать письмо в Арамболевку, ещё надо баксы поменять. Адрес отправителя: Между северным тропиком и экватором, примерно семьдесят пять градусов к востоку от Гринвича. Деревня Керим, провинция Бартез, штат Гоа, Индия, планета номер три (Земля), Солнечная система, Галактика (Млечный Путь). +++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++= Где то я слышал вот какую байку. Один человек, переживший и гражданскую и отечественную войны, много что повидавший и переживший, на старости лет решил написать книгу. Но не просто написать, а точно передать всё, что с ним происходило. И получилось это примерно так – « Я сел на коня и поехал в штаб….Цок, цок, цок, цок, цок, цок, цок, цок, цок…..» А в конце книги было написано – «Я слез с коня и вошёл в штаб». Итак. Вдохновлённый воспоминаниями об этом эпическом произведении я и начинаю своё письмо. Замечательное утро. Спокойное, немного туманное, тёплое. Ну, какое ещё? Хорошее, в общем, утро. Перед рассветом пошёл приятный тихий дождик. Было ещё темно, когда я проснулся, от его шелеста, вышел на балкон, выкурил сигаретку, и с удовольствием, завернувшись в испытанный надёжный спальник, досмотрел свои сны до рассвета. Дождик всегда приятен, если лежишь в сухой постели, под надёжной крышей, и нет нужды идти и мокнуть. Приятен, когда в доме есть всё, что нужно, и еда, и сигаретка, и то, чем можно скоротать свой досуг. Когда я проснулся во второй раз, в окошко, пробиваясь сквозь листья пальм в саду, уже светило солнце. Повалявшись, пожмурившись ещё немного, я встал, слопал вкусный сочный апельсин, попил чайку с лимончиком, и собрался на море. Оделся, вышел, завёл мотоцикл, и медленно, не торопясь, с удовольствием покатил к пляжу. Тыр, тыр, тыр, тыр, дыр, дыр…. Поёт мотор моего раздолбанного Авенжера. Здрассте, Монинг, Хай, блядь как они задолбали своей деревенской вежливостью. Монинг, блин, монинг. Может они думают, что белый придурок не знает, что наступило утро?!!! Для плаванья, мне нравится утреннее море, оно ещё не разбужено дневными заботами и катит к берегу замечательные пологие волны, которые не плещут противно в лицо, сбивая дыхание. Пляж, пока, довольно безлюден, да и вообще трудно завалить телами 100 километров песчаного побережья. Это не Крым, с его маленькими огрызками гальки, по которой так больно и неудобно заходить в море, и выходить из него больно и неудобно, и валяться на камнях тоже не так вкусно, как на рассыпчатом прогретом ласковым солнцем песке. Правда этот песок прилипает ко всем частям тела, и избавиться от него окончательно можно только под душем, но душ тоже есть, а значит и это не проблема. Аборигены вяло шевелятся на пляже, строя свои кафешки, в надежде на массовый приход «белых кроликов». Их тётки сушат на бетонном пирсе бурый, мелкий местный рис. Сушат, веют, рассыпают по мешкам, укладывают солому в небольшие стога. У стога стоит корова, и жуёт. Она с интересом оборачивается, и смотрит на меня. Здравствуй корова, Монинг. Крутит носом, наблюдая за перебегающими от норки к норке крабами, собака, и на неё поглядывает сидящая на кончике бамбуковой, воткнутой в песок палки ворона. В бездонной небесной выси парит орёл, присматривая себе что-нибудь на завтрак. Рыбаки разбирают сети. Отдельные, пока малочисленные представители, погибающей, белой расы, вяло подтягиваются погреть белые тушки на когда-то мужественно и кроваво колонизированном их предками, а теперь утраченном ими, по лени и глупости, солнышке. Аборигены таскают им прямо к пляжным лежанкам вкусные соки и прочую снедь, обмениваясь друг с другом, на своём гортанном наречии радостью доходного промысла. А я, плыву свои уже 1000 движений подсчитывая дни, когда приедет Кошка, и разделит со мной радость тепла, безделья, моря, солнца, соков, и прочее, прочее, прочее… . День похож на день, с небольшими вариациями и это здорово. Не надо суетиться, планировать что-то громадное, потихоньку отходит болезненное состояние, в которое неизбежно ввергает чёрная дыра столичного мегаполиса. Нормализуется сахар в крови, мысли в голове уже не столь агрессивны, о давлении можно и не вспоминать. ХОРОШО. Готовлю себе завтрак из риса, лука, помидоров и массалы, делаю упражнения для растяжки задубевших, где то там под слоем жира мускулов и связок, пью чай. Теперь душ с вкусно пахнущим самодельным индейским мылом и, заваливаюсь на кровать с компьютером. Скоро, или не очень скоро, или вообще не скоро, должен приехать хозяин моего гестхауса, Шириш, с которым мы договорились ехать на мотоцикле в Мапсу, чтобы сделать ТО. Но, может это будет, да и скорее всего будет не сегодня, а может завтра, а может и не завтра. В общем, когда-нибудь это будет, и сроки, к счастью, не имеют здесь ни какого значения. Значение имеют не столько сроки, да и вообще не сроки, а скорее общее состояние. Ширишь когда-нибудь обязательно приедет, и будет радостно улыбаться, и скорее всего скажет, главное слово здешних мест, - ТУМОРРОУ (ЗАВТРА). Давай поедем завтра, скажет Шириш радостно улыбаясь, и я отвечу ему улыбкой и скажу, - конечно, ЗАВТРА. Мы с ним так уже то ли три, то ли четыре дня бельевую верёвку вешаем. Встречаемся с утра, - Ну, что пойдём вешать? -А может завтра? -Конечно завтра. -О кей. -Олл файн? -О кей, олл файн. А пока суть да дело, я читаю книжку. Прочитал Лемма «Возвращение». Хорошая книжка, глубокая. Лемм всё пытается, в игровой форме объяснить людям, как не правильно они живут, не правильно и не тому учатся, и как всё было бы хорошо, если бы было бы всё правильно. Как противоядие, почитал Чейза. Чейз пытается донести мысль, что всё в мире говно, и человек, как он есть мерзок, и опасен. Хорошая книжка, глубокая. В принципе они пишут об одном и том же, но очень по-разному. В принципе все пишут об одном и том же и по разному, а люди как были тысячи лет то хорошие, то говно, то говно но хорошее, и учатся не тому, и делают не то что думают, и думают не правильно о том что делают ну, и так далее, но читать прикольно. С утра написал Кошке эсэмеску, а она не отвечает, спит небось коварная Кошка. Наверно поеду кА я в Арамболь, что-нибудь там поделаю, повидаю кого-нибудь, потусуюсь, сока вкусного попью, а потом приеду, и опять пойду купаться. А покупаюсь, посмотрю кино, а посмотрю кино, сварганю себе ужин, а поужинаю, посмотрю кино, посмотрю кино, да почитаю, почитаю да погуляю, погуляю да спать лягу, посплю, и проснусь под утро от тихого шелеста капель дождя по листьям пальм, выкурю сигаретку, да и завалюсь досматривать сны завернувшись в свой испытанный надёжный спальник, а потом…… Ну, и так далее. ++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++ Привет Москальским домоседам, от Индобродяжей семьи состоящей, как и положено, из двух несовместимых начал Инь и Янь, а также несовместимых, согласно кличкам Птицы и Кошки (и прошу заметить, что кошки едят птиц). Ну, что Губерман коварный, я тебе и письма, и эсемески, а ты…. Учись стучать по клавишам, а то, не смогут наши неблагодарные потомки насладиться нашей перепиской, хотя для переписки у нас куда больше возможностей, чем для переписки Рериха с Вольтером. Снисхожу к твоей коварности, и, так и быть, пишу ещё одно письмо. Итак. Раз ты не пишешь мне ответов, то никаких красивостей, сегодня, тебе не будет. «Только документы и факты» как приговаривает в каждой передаче – Следствие вели – твой земляк Коневский (Томин в советском сериале). Главным событием прошедшего периода времени ( С МОМЕНТА НЕ ПОЛУЧЕНИЯ МНОЙ ПИСЬМА ОТ ТЕБЯ В ОТВЕТ НА МОЁ) было, конечно, торжественное прибытие представительницы семейства кошачих. Этому предшествовало, ещё некое движение в сторону доведения мотоцикла до более удобоваримого состояния. Об этих планах я, кажется, писал тебе раньше. Свершилось. Шириш наконец сел на мопед, я на мотоцикл, и мы поехали в сторону ремонтной мастерской. И, конечно же, природа не выдержала столь скоропалительного (всего то пара недель прошла) движения, полил проливной дождь. Дождь в конце ноября, для этих мест, явление вообще не вполне законное. Обычно, дожди заканчивают свой сезон ещё в сентябре-октябре, и больше не показываются на горизонте аж до самого конца апреля, а то и мая но, как я понимаю, человечество настолько доебало Всевышнего, что система несколько сбилась с ритма, и пока дожди иногда прорываются в здешние места. Правда, это не европейский мерзкий холодный не имеющий ни конца, ни совести дождь, который погубил окончание моего летнего велопробега по Европе, а сильный, тёплый и не долгий индодождь, даже с громом и молнией, под которым не столько страшно, сколько приятно промокнуть. Дороги, да и всё вокруг, мгновенно покрываются бурно текущей водой, а через минут тридцать сорок после окончания ливня, уже всё сухо и комфортно. Кульминацию дождя мы с Ширишем пережили под гостеприимной кроной огромного баньяна, поболтав с семейной парой из Англии, и двинулись дальше. Конечно, ремонтная мастерская оказалась ни в какой не в Мапсе (как было обещано Ширишем. Я то надеялся разведать новую точку, подальше от пляжей, с соответственно меньшими ценами на ремонт, а может быть и на аренду), а на пол дороге к ней, и представляла она невнятной постройки сарайчик на краю дороги не доезжая Сиолима (тебе это конечно ни о чём не говорит, ну, это в общем недалеко от Арамболевки. Если интересно, открой гугл карту в компе и ты всё увидишь). Перед сарайчиком, суетились тараканчиками три-четыре чёрненьких индомеханика. Посередине, между ними вольготно расположилась, прямо на ещё не до конца просохшей после ливня земле, большая куча разнообразного инструментального лома коей они и пользовались в своей, так сказать, профессиональной деятельности. Между сарайчиком и придорожной канавой располагались, условно говоря, как бы три «поста». Не то, что три поста на три автомобиля, а три поста на три мопеда, или мотоцикла. За сарайчиком громоздилась свалка уже окончательно убитой мототехники года выпуска, примерно, позапрошлого века. Ширишь, поговорил со старшим, видимо определив их задачу, как выполнение любых капризов его «белого дойного кролика», то есть меня, в рамках впареной мне им техники и, быстренько свалил по своим делам. Ехать куда-либо с Ширишем, это вообще отдельная песня, так как на каждые сто метров дороги у него приходится минимум пять друзей, с каждым надо поговорить, или выпить пива, или подвезти его куда-то, и так далее. Вообще, наблюдать, как местный пипл ездит на мопедах и мотоциклах, ОДНОВРЕМЕННО болтая по телефону, приветствуя друзей, активно болтая-жестикулируя с пассажиром на заднем сидении и обгоняя в слепую грузовик, который занимает всю ширину дороги выпятившись на встречку на вираже, это потрясающее зрелище. Часто попадаются на дороге и чинные семейные выезды, когда на одном мопеде сидят: отец семейства, за рулём, его лучшая, но не малого размера половина (сидящая на сидении боком, как предписывают местные правила приличия), пара тройка детей, и бабушка высушенная временем до состояния достойного гербария. К моменту нашего прибытия в мастерскую, у Шириша на заднем сидении уже трещал без остановки языком и руками какой-то очередной местный друг. В очереди ожидающих счастья исправления здоровья железных коней из белой расы я был один, остальные представляли собой все возможные оттенки чёрного. Ждал не долго. Подошла очередь моего драндулета. Ремонт начался с того, что один из механиков-тараканчиков, ни слова не говоря, прыгнул на мой мотик, мотор взревел, и он мгновенно исчез за ближайшим поворотом. Беспокойства у меня, привычного уже к чудесам индийского менталитета, это не вызвало, мотик не мой, и честно говоря мне наплевать, что они там с ним сделают, пускай Ширишь волнуется если что. Через некоторое время тараканчик столь же молниеносно появился из-за поворота, и лихо припарковался на вверенном ему индийским богом хлебокормящем месте. Я благосклонно истолковал это действие как проверку мотоцикла на ходу, что, в общем, было бы правильно, если это конечно была проверка, а не просто он прокатился по своим делам на моём бензине и, стал наблюдать за его дальнейшими действиями. Дальше, собственно, согласно изначальной договорённости, он открутил сливную пробку в картере, подставив под него тазик, и стал сливать масло, а пока оно сливалось, присел на маленькую железную табуреточку, и стал задумчиво ковырять в носу. Я вмешался, нахально прервав это занятие, указал ему на воздушный фильтр, дав понять, что хотел бы видеть его чистым. Он очень удивлённо посмотрел на меня, принёс из помойной кучи пластиковую баночку, снял с краника бензобака шланг, и стал сливать мой бензин в свою грязную баночку. Теперь, пришло время удивиться мне. Удивиться тому, что моя просьба почистить воздушный фильтр, привела к таким странным действиям. Но, любопытство победило жадность ( всё же за бензин платил я, и стоит он у них тут не дёшево), я продолжал наблюдать. Слив чуть ли не литр, он разобрал фильтр, и фильтр, к моему удивлению оказался просто куском паролона. Тараканчик сжал его в кулаке, и из паралона потекло, что-то вроде чёрной грязной жижи. Затем он обильно полил его моим бензином, опять выжал, полил его свежим маслом, и присобачил обратно. Такого варианта воздушного фильтра и такого способа его чистки, я не видал за всю мою автомеханическую жизнь. Любопытно, но ладно. Продолжаем наблюдать. Я показал пальцем на карбюратор, и сказал то же волшебное слово Клиин, что должно было означать, что я хочу видеть и эту деталь мотоцикла чистой, имея в виду, конечно же чистоту жиклёров, и так далее. Уже не проявляя никаких эмоций, индомеханик начал….. Как ты думаешь, что он начал делать? Правильно, опять сливать мой бензин из бака. Затем он снял карбюратор, обильно поливая моим бензином, помыл его грязной до невозможности кисточкой снаружи, затем снял поплавковую камеру, подул в неё, собрал обратно, и прифигачил карбюратор на место. В жизни не видел, чтобы с таким нежным узлом мотоцикла обращались так фамильярно, хуже, могло бы быть только если бы он помыл его в луже. Ладно. Продолжаем наблюдать. Один хрен за всё платит Шириш. Мои платы начинаются только в случае если я этот агрегат обо что-нибудь угроблю. Я указал ему, и показал, что поворотники хоть и горят, но не мигают, а задний тормозной фонарь, вообще, ни коим образом, не реагирует на тормозную педаль, и стал ждать, что он начнёт опять сливать бензин в баночку. Нет, на этот раз, он не стал сливать мой бензин в баночку, а раскрутив фонарь, стал ковыряться грязной отвёрткой в проржавевшем насквозь патроне. Это не привело к желаемому мной результату, и тараканчик замер озадаченно. Началось коллективное творчество. Сбежались остальные тараканчики со всех трёх «постов» и стали дербанить мотик своими лапками извлекая разные кусочки замотанных множественно раз изолентой проводов из всех возможных мест. Может, конечно, они при этом успевали обратиться к одному из своих богов, ведающих мотоциклами, но, по прошествии какого-то времени, фонарь, хоть и неохотно, но всё же загорелся, а поворотники замигали. Забегая вперёд, я скажу, что ненадолго, - вечером того же дня, задний фонарь опять сдох, что и не удивительно, при таком патроне. Пока они ковырялись, масло из картера успело стечь, и его заменили новым. Я заглянул в мерное окошко картера, и масла не увидел. То есть его видимо было залито мало. Обратил на это внимание чудесника, и он, к моему очередному удивлению, взял банку с тормозной жидкостью и долил её в картер двигателя. Просто фантастика. Вот ни когда в жизни я такого не видел, что бы в масло лили тормозуху. Ладно. Не мой движок, плевать. Мне только интересно. Я показал на свечу зажигания. К моему удивлению их оказалось две. Это на одноцилиндровом то моторе. Он выкрутил одну, потом другую. Вот представь себе свечу, которую выбросили на помойку, прошла зима, лето, опять зима, опять лето – вот. Примерно такой вид и был у этих свечек. Что ты думаешь, он её заменил? Ни фига, он протёр её об штаны, поковырял отвёрткой, стукнул контактом об камень (без всякого мерного щупа) и ввернул обратно. Только индийский мотоцикл может завестись на такой свече. Но он заводится, чёрт его побери и работает на холостых как швейцарские часы (вот если бы ещё коробка не гремела). Это боги. Других причин я просто не могу найти. Подошел момент главного действа. То есть того, что я именно хотел изначально, а хотел я изначально, всего лишь того, что бы спидометр работал. Но, на этом объединённые силы мастерской закончились, подошёл их главный босс, и сказал волшебное индийское слово – ЗАВТРА, а потом подумал, и сказал, - а лучше послезавтра. После чего, мой спец стал зачем то поливать мотоцикл в разных местах остатками слитого им моего бензина, махать по ним кисточкой, а потом стало ещё веселей, он взял слитое масло, и стал поливать им всё до чего дотягивались и даже не дотягивались его ручонки. Все болты, гаечки, (причём, ты понимаешь, что поливать закисший болт не раскручивая, снаружи, абсолютно бесполезно) сочленения, пластиковые кнопочки (охренеть, пластиковые кнопочки, снаружи, маслом), и прочее, прочее, прочее. На этом ремонт закончился. Я ещё попытался обратить внимание спеца, что неплохо было бы проверить давление в шинах, но это уже оказалось выше его понимания. Чудесник опять прыгнул в седло, и вновь исчез за поворотом. Я всё ждал, что сейчас мотик вспыхнет, и сгорит к чёртовой матери после всех произведённых поливок (то, что получилось в результате смешения масла с бензином, у нас на родине называется Коктель Молотова которым наш героический народ в героическую отечественную войну героически поджигал немецкие танки) но, видимо за этим строго следил индийский мотобог. Мотик не сгорел. Я сел на него, и поехал домой, полный впечатлений. Итог. Спидометр как не работал, так пока и не работает, а задний фонарь вскоре после ремонта сдох, что в прочем ни в коей мере мне не мешает, так как здесь это не важно. Важно не то, что фонарь горит, или не горит, а в какую сторону повернёт, поведёт тебя твоя КАРМА. А это зависит совсем не от состояния мотоцикла, а от твоих поступков, и расположения богов. Теперь, пропустим все описанные уже мною раньше способы убийства времени, как то купания, загорания, катания, и пожирания разных вкусных вкусностей, болтания с разными чудными людьми только что спустившимися с Гимолаев и приступим к очередному главному событию. Приезду Кошки. Естественно, я готовился к нему заранее, договорившись с Ширишем, что мы с ним поедем в аэропорт за 1000 рупий. Произойти это должно рано утром, можно сказать ночью. Кошка пыталась запутать следы, и то писала мне эсемеску что прилетит в семь по гоансному времени, то, что прилетит в четыре утра. В результате сошлись на четырёх часах утра по местному времени. С утра я строго предупредил Шириша, чтобы он не вздумал напиться пивом к вечеру, и приготовился ехать тихо, тихо, не пугая Кошку. Он радостно заверил, что так и будет. Днём я сделал несколько мотобросков в Арамболь закупившись всякими манго, мандаринами, апельсинами, ананасами, виноградом, картошкой (она здесь очень вкусная), помидорами, луком, чесноком, рисом, массалой. Послал Шириша за яйцами (они здесь тоже очень вкусные, настоящие, деревенские) дав денег и наказав привести дюжину. Он приехал с лотком в тридцать яиц. Как заботливый Птиц, я заварил котелок чая с лимоном и сахаром, залил в бутылку, и положил в морозилку, зная, как хочется попить, чего-нибудь холодненького, когда с трапа самолёта окунаешься в здешнюю парилку. Накипятил и поставил охлаждаться простой воды. Закупил так же вкусного портвейна и рома. Помнишь, гоанский портвейн мы как-то привозили на дачу попробовать. Его готовят здесь ещё по тем португальским старинным рецептам, времён колонизации. В общем, сделал всё, что бы ни голод, ни холод, не отвлекали Кошку от самого главного в её жизни, как я это понимаю, то есть от меня. Итак, казалось бы, что я ничего не упустил, и всё в порядке. Но в порядке может быть было и всё, кроме главного, в данном случае. Разности между моим и индийским распиздяйским менталитетом. Он то и стоил мне волнений и бессонной ночи. Уже вечером, я встречаю Шириша у соседа, Томаса из Мюнхена, спокойно пьющего с ним пиво. Задаю естественный вопрос (Ширишу), - Какого мать твою хрена?. На что он мне отвечает весело и доброжелательно, что всё это фигня, у него есть шофер, замечательный и очень опытный, он придёт к дому в десять вечера, и будет спать в соседней комнате, когда он мне понадобится, я его разбужу, и поеду куда хочу. Хорошо. Наступает десять вечера, потом одиннадцать вечера, и я не вижу ни Шириша, ни шофёра, ни, кстати, машины, которая обычно стоит во дворе. Начинаю свирипеть. Иду к дому Шириша, извлекаю из него какую-то бабку, вопрошаю, - где мать вашу Шириш, и где шофёр, и куда делась машина. Она звонит Ширишу и передаёт мне трубку. Шириш бухает с друзьями в Арамболе. Как могу объясняю ему что он козёл, на что Ширишь не мало не обидившись просит меня ни в малой степени не волноваться, типа ДОНТ ВАРРИ, БИ ХЕППИ. На что в ответ я обещаю его немедленно убить сразу по прибытии. Через пятнадцать минут появляется худенький индусский мальчик, заверяет, что именно он тот самый опытный шофер. Что бы стать опытным шофёром ему бедолаге видимо пришлось начать водить машину ещё до того, как он вылез из маминой… Ну в общем откуда мы все в своё время вылезаем на свет. Ещё через пять минут прибывает Шириш на машине. Вручает мальчику ключи и радостно спрашивает меня, - ТЫ СЧАСТЛИВ, АНДРЕЙ. Хорошо, наверно я счастлив. Загоняю мальчика спать в соседнюю комнату, и отправляюсь в свою заканчивать приготовления к приезду Кошки. Выезд предполагается в два часа ночи, и конечно же я ни фига не уснул. В полвторого ночи, бужу мальчика, он не просыпается. Бужу активней, он открывает один глаз и конючит ещё пять минут поспать, бужу через ровно пять минут, он тычет пальцем в часы в телефоне и бормочет заклинания на непонятном мне языке, видимо надеясь, что меня унесут духи. Я пытаюсь его поднять и загнать в душ, что бы он, падла, проснулся. Так проходит полчаса. Дитятко, наконец, встаёт и начинает умывание-обсирание. Я зверею окончательно, и всё же загоняю его за руль. Что такое индусская машина. Это уёбаный в усмерть агрегат с полу-дохлым мотором. Узкая, для меня, по крайней мере, с обязательным светящимся божеством на торпеде, и обязательной надписью на жопе ПЛИЗ ХОРН (пожалуйста гудите). Гудят они постоянно. Если ты на дороге за кем то едешь, один гудок, если обгоняешь, два, если впереди поворот много-много гудков, ну и так далее. Гудят и крестятся когда проезжают мимо церкви, а так же всем приятелям по дороге, коровам, собакам ну, и просто так, от хорошего или плохого настроения. Что такое дорога в Керим. Она кривая, узкая, напичканная лежачими полицейскими. Сразу за резким спуском следует слепой поворот, резкий подъём, и снова спуск слепой поворот и так далее. Но, это ещё полбеды. То, что индийцы предпочитают ночью ездить исключительно с дальним светом фар, режут повороты по встречке, обгоняют на слепых поворотах, не обращая ни на кого, ни на что внимания, полагаясь исключительно на свою карму, - это ещё тоже не беда. Но, вот что напрягает. Ночью, да и днём тоже, но днём их хоть как то видно, дорога населена всеми окрестными коровами, быками, собаками, волами, прочей живностью, которые вообще ни какого внимания ни на какие машины, мотоциклы, мопеды, сигналы, крики и прочее, не обращают, и живут своей животной жизнью (днём к списку добавляются ещё и куры, петухи, цыплята, свиньи, поросята и прочее, прочее.). То, что вылетев из слепого поворота со спуском ты утыкаешься в стадо лежащих поперёк дороги коров, норма жизни, при этом они даже голову не повернут, что бы посмотреть на свою смерть, вылетевшую из-за поворота. В одном месте, нам просто пришлось ехать в объезд, так как лежащие на дороге млекопитающие не оставляли ни какой надежды просочиться между ними. Машина с хрипом и треском брала подъёмы и повороты, мальчик включил какой-то индомузон, и радостно через каждые несколько километров спрашивал меня хороший ли он водитель, я не стал его разочаровывать. Впереди у нас было ещё 85 километров, и вступать с ним в полемику по поводу мастерства вождения было явно уже поздно. Миновав благополучно всех волов, коров и собак мы приблизились к аэропорту. Когда до него осталось километра три, мне стало как то подозрительно начавшееся дёрганье машины. На мой вопрос, «опытный водитель» посланный мне судьбой, пояснил абсолютно спокойно, что просто кончается бензин. Я спросил его,- -У тебя есть деньги? -У меня нет. А у тебя? -А здесь есть бензоколонка? -Да есть тут недалеко, если мы конечно до неё дотянем. То есть, если бы я по какой-то причине не имел с собой денег, мы так и остались ночью в трёх километрах от аэропорта. Тем более, что Шириш сказал, что я могу рассчитаться не с водителем, а с ним и потом. Индийские боги были благожелательны к нам в эту ночь. Мы дотянули до заправки, и всё же добрались до аэропорта. В аэропорту пришлось немного подождать. Кошка, приземлившись послала мне эсемеску, я немного успокоился, и вскоре увидел её за стеклянными дверями зала прилёта. Всё. Произошло главное событие зарождавшегося на наших глазах утра. Я обрёл Кошку. По дороге обратно, я уже мало обращал внимание на превратности пути, хотя с рассветом, мальчик явно начинал засыпать за рулём, и несколько раз пытался ткнуться в тормозившую перед ним на лежачих полицейских машину. Долго ли коротко ли, но мы добрались до Керима. Тут же прибежал Шириш за своей денюжкой. Карма кармой, а денежка к денежке. Путь в аэропорт и обратно, произвёл на выданного мне в качестве водителя ребёнка, видимо, такое впечатление, что после его жалоб, Шириш, просил меня ни кому не рассказывать, что он вёз меня за 1000 рупий. Теперь только за 1500 заклинал он. Всё. Дверь на защёлку, и мы предоставлены друг другу. Я накормил Кошку, мы дерябнули вкусного портвейна, и завалились спать. Далее, собственно, обычная необычная семейная жизнь москалей в индии. Съездили на пляж, в Арамболь, посидели в нашем любимом Коконатсе 21, поели тики, чиз гарлик наан, соков конечно и так далее. Понакупили сковородку, всяких тряпочек, приспособ для кухни и прочее, прочее. Кошка, конечно, сразу внесла в мою жизнь массу беспорядка но, собственно ничего другого и не ожидалось. Она совершенно не поддаётся на мои уговоры просыпаться в 6-30 утра, как я делал до её приезда, и сразу идти-ехать плавать. А именно в это время, здесь, как и в каждой порядочной деревне начинается жизнь. Поют петухи, чирикают птички в саду, на который выходят наши окна, лают собаки, приветствуя хозяев и зарабатывая завтрак, разносчик хлеба дудит в свою дудку, призывая хозяек к покупке булочек, и так далее. Всё это действо освещает ласковое утреннее солнышко. Кстати о ходить-плавать. Ходить, у меня теперь – пока, получается не очень здорово. Чего-то распух артритный сустав в основании большого пальца на правой ноге. Так что плавать ездим на мотоцикле, а так как я ещё и пропорол себе ступню об мотоцикл на заправке, на левой ноге, то во избежание разъедания дырки солёной водой, пока плавает одна Кошка. В приключениях с большим пальцем на правой ноге, вообще-то ни чего нового нет. Это вообще у меня такой специальный невезучий палец. Началось с ним всё давным-давно, когда ещё я работал в озеленении, и один баран, накатил на него бетонную мачту городского освещения. Потом, гораздо позже, я уронил на него ребром столёшницы письменный стол, и целое лето ездил по Москве босиком, так как он не умещался ни в какую обувь. Потом я, начитавшись Малахова (чтоб ему в аду есть не давали) решил, как то поголодать на воде, и голодал целый месяц, но под конец мне надоело пить воду. Ночью палец зверски заболел, опух, и нагрелся. Так что в том, что теперь он проснулся как спящий вулкан, нет ничего удивительного. И это пройдёт, как сказал мудрец Соломон. Если меня, конечно, Кошка не угробит. Она всячески извращается над моим пальцем, делает компрессы то из соды, то из чеснока с оливковым маслом, то заставляя пить какую-то гадость, состоящую из оливкового масла, кипятка и чеснока. Результатом её действий стало, пока, только то, что с пальца начала слезать кожа. Это ужас. Особенно напиток. И главное, она заварила эту рвань, в моей любимой походной железной кружке, и теперь из кружки несёт чесноком. Хочет ещё сделать компресс из позеленевшей натёртой картошки, слава богу, она пока не нашла позеленевшей картошки. Ну, что тебе поведать ещё про нашу жизнь мой далёкий северный друг. Кошка привезла фотоаппарат, и теперь я могу показать дом, где мы живём и его окружение. ++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++ Записка от Губермана и Женьки вернувшихся из Америки. «…..Вы предатели! Мы вернулись , а Вы ( как доложили ) еще на март зависаете. Но это правильно. Ходим чумные,голова не работает. Разбирамся с платежами, налогами и т.д. Ночь гуляем. Радуемся своей квартире, машине и т.д. Фотки получили, классные! Пишите.Женя…..» Отвечаем-пишем: Привет ПАТРИОТЫ. Это мы, ваши ПРЕДАТЕЛИ. Продолжаем жить себе в солнечной стране, а когда Кошка вдруг заявляет, что ей что-то холодно (градусов в 30 тепла, и не хватает солнца) я пугаю её сугробами. Предательски зависать мы, по крайней мере Я, собираюсь, собираемся, не только в марте, но ещё и в апреле. Я, так и в апреле бы не вернулся, но это хлопотно, надо устраивать визаран в Непал, или Тайланд, в общем - влом. Тем более, что планы, к которым Губерман относится столь скептически, пугая Богом, который один всё знает, не смотря ни на что продолжают быть, так как, пока я жив, не могут не быть, а так же не есть, не пить, и прочее. Что бы развеять вашу холодную адаптацию, продолжаю описание людей, событий, хотя какие тут события, весь смысл здешней жизни и заключается в том, чтобы не было никаких событий. Только солнце, только море, только песок под ногами и ветер. Так как я прервал письменное повествование благодаря телефонной связи, которая позволяет некоторым не учиться писать буквы (не будем указывать на них пальцем, мама в детстве не разрешала, да и Заратустра не советовал), буду опять стукать по клавишам передавая даже те события, которые вы могли уже слышать по телефону, тем более, что я не помню, что рассказывали по телефону, а что не рассказывали по телефону, и вообще, телефонный разговор, это не документ, а что написано пером (пластмассовыми клавишами по пикселям) не вырубишь топором (только кнопкой «делит»). Пройдут годы, наткнёшься Губерман в компе на это письмо, упадёшь на клавиатуру поседевшей в жизненных битвах за зелёного дохлого енота головой, зарыдаешь, и подумаешь, что же я трах тибидух тибидам …. Птицу не послушал, в Индию к нему не приехал, а ведь мог, мог, мог мать его ….. и так далее. Итак. Не помню, писал я об этом или нет. Безумная наркокомпания, живущая на первом этаже, съехала. Вначале недалеко, в другой дом, примерно в километре отсюда, откуда их вскоре тоже выселили, затем в Арамболь, откуда их тоже вскоре выселили, и наконец, была расформирована судьбой по разным странам. Самый мерзопакостный мелкий зверёныш нарвался ночью на полицию. Обыскали, нашли наркоту, и он, пообещав наивным полицейским взятку, был вынужден быстро свалить в Бомбей (а горе полицейские, так и остались ждать денег на пустой ночной дороге. Позже, я их там видел когда проезжал мимо по делам бездельным, большей частью с заботой о поесть связанным). Дальнейшая его судьба мне не известна. Девица со своим вороватым ребятёнком съехала в Тайланд. Последний, более или менее безопасный участник болтается до сих пор по ГОА и недавно мы с Кошкой встретили его в Панаджи с группой, которая подрабатывала на съёмках в Болливуде, изображая по сценарию злых русских. Вся эта братия, особенно мелкий, мерзкий москвичёныш, сыграла печальную роль в судьбе соседа Томаса (озеленителя из Германии). Они спаивали этого безвольного чудака педика, видимо не знавшего мудрую русскую поговорку привычно-бездумно гласящую -ЧТО РУССКОМУ ХОРОШО, ТО НЕМЦУ СМЕРТЬ (а ведь тут есть над чем задуматься обоим сторонам). Вначале занимали у него деньги, потом воровали у него деньги, потом мелкий зверёныш украл у него мобильник, и в результате допоили до того, что он пьяный разбился на мопеде и сломал ключицу. Мопед потерял, но как то добрался до дома, где его подобрал Шириш и отвёз в больницу. Началась новая эпопея. Страховки у него не было, ключицу подлатали и выкатили счёт, по местным меркам безумный (где-то под сто тысяч рупасов..это около двух тыс.долл.). Шириш тоже не забыл своей доли за заботу, и за разбитый мопед (кстати, мопед пострадал гораздо меньше Томаса, что и понятно, он-то более железный, чем ключица). Далее события развивались всё печальнее и печальнее. Томас, плохо перенося боль, как и положено человеку с психикой сдвинутой половым диссонансом с природой, а так же, по видимому, испытав пресловутый когнитивный диссонанс от столкновения с людьми не добрыми, лопал всё больше и больше сильных обезболивающих, затем опытным путём пришёл к «замечательной» мысли, что если эти таблетки запивать вискарём, то становится почти совсем не больно. Каждое утро (с помутившимся сознанием после приёма таблеток и виски), он жаловался мне на таинственных людей, проникающих к нему в комнату, пропажу каких-то вещей, обиды, и в результате сдвинувшись окончательно, попытался повеситься на вентиляторе, в своей комнате. Это, случайно заметила с улицы жена Шириша,… набежали, спасли, и выселили его к чёртовой матери во избежание проблем. Какое-то время он пожил в бунгало, недалеко от пляжа, и в результате, кажется, всё же умудрился съехать на родину. Помоги ему какой-нибудь немецкий бог, бедняге. Хотя, конечно же он сам виноват в том что произошло. Каждый из нас творит свою судьбу сам. Вместо безумной компании, на первый этаж, вселился француз с родины Астерикса и Обеликса. У него какой-то маленький бизнес в Индии, помогающий проводить зимы в этих благословенных краях, увлечение рыбалкой, в общем как говаривал старина Винни Пух, это подходящее знакомство. И полезное кстати. Он предложил нам в половину интернет. Днём интернет у нас, вечером и ночью у него. Очень удобно, вот если бы этот индоинтернет ещё и работал, так цены бы ему не было. В общем, жизнь налаживается. Дни и ночи текут своим чередом, пролетают недели, а теперь уже месяцы, и чаще всего, ни я ни Кошка уже не знаем ни названия дней, ни чисел. Восходы сменяются закатами, закаты восходами солнца, которое одно с кошмарной неизбежностью отсчитывает этапы нашего недолгого пребывания на этой планете. С приездом Кошки, гастрономические горизонты весьма расширились, и если до её появления мой рацион составляли в основном гречневые (гречка из Москвы, здесь её не продают) и рисовые каши сдобренные помидорным соусом, то теперь появились супы, и прочие атрибуты семейной жизни. Она, даже, привезла из Москвы сушёные грибы, которые мы собирали осенью. Так что грибные супы, борщи и винегреты приятно напоминают о далёкой северной родине. Приятно, потому, что холод, сугробы и мрачная ментальность столичного мегаполиса далеко, а винегретик стоит в холодильнике радуя тело, и душу, что как известно, одно с другим не разделимо, до определённого всевышним часа, и тем весьма приятно. Так же освоено единственное доступное здесь мясное блюдо – курица. В прошлый сезон она была доступна в основном в кафе в виде чикен тандури. Теперь, расширив границы познания, мы набрели на куриный магазин, и появилась возможность готовить курицу самостоятельно, что весьма позитивно сказывается на бюджете, а так же Кошка получила возможность баловать себя бульончиками с лапшой, которые настоятельно требует её организм, в минуты телесной печали. Естественно, как и всё здесь, покупка курицы, весьма и весьма отличается от принятой у нас на родине. Происходит это так. Подходишь к окошку, и видишь много живых кур, которые бегают в загончике. Объявляешь о своём желании вступить с курицей в тесную (я бы даже сказал не боясь этого слова – телесную) связь весёлому индусу за импровизированным прилавком. Он отлавливает птицу, предъявляет к осмотру и, получив добро взвешивает её, пока ещё живую, аж на электронный весах. Затем, на твоих глазах ЧИКЕН КИЛЛЕР отрубает ей голову, и бросает ненадолго в бочку, для стока крови. Через некоторое время, непродолжительное, так как она ещё пытается улететь от убийцы, достаёт её и чёткими отработанными движениями извлекает внутренности, сдирает перья вместе с кожей, по желанию, рубит на порции, складывает всё в пакетик, и торжественно меняется - Тебе пакетик, ему денежку. Стоит «смерть курицы» 150-200 рупасов (за 1 кг 85 рупасов). Вот собственно и всё. Время от времени происходят встречи и знакомства с различными человеческими существами, беспорядочно разбросанными судьбой по сто километровому пляжу бывшей Португальской колонии. Иногда эти встречи приносят некую пользу, иногда нет. Люди, живущие здесь в основной своей массе стрАнны и по образному выражению Кошки, похожи на гонимые ветром обрывки бумаги. Не так давно появился, исчез, опять появился и исчез и снова появился странный человек, который сказал, что его зовут сейчас Родригес, но время этого имени уже заканчивается, и сейчас он переходит в иную фазу – фазу, в которой он будет считать своё имя Алсен. Когда то он родился и жил, в Петергофе, но затем некими силами, видимо ураганом, который унёс Элли в Изумрудную страну, был перенесён на Мальдивы, где по его словам и живёт, собираясь строить парусную лодку. Но, на пути к лодке он как-то попал в Индию, и летает на параплане. Ничему не надо удивляться. Здесь это более чем нормально. Появился он у нас в около новогодние дни, просто зайдя в гости, что бы угостить рыбой, которую коптят по его словам где-то между Керимом и Арамболем в центре Духовного развития, организованном такими же людьми вселенной как и он. Рыба была вкусной, но разговор с Алсеном похож на разговор с радио. Ты говоришь одно, оно отвечает тебе другое, очень интересно, но никакой связи между тем о чём говорит каждый из собеседников нет. По крайней мере, мы теперь знаем где можно добыть не только курицу, но и копчёную рыбу. Я пару раз ездил в этот центр, который мы с Кошкой прозвали – ЦЕНТР ДУХОВНОГО РАЗВИТИЯ РЫБЫ. Попробовали копчёную акулу. Мне понравилось, Кошке не очень. Ей больше понравилась другая, большая рыба, название которой, по крайней мере у меня, в голове не отложилось. Да и какая разница как её зовут, и какое имя присуще настоящей фазе её развития. Центр этот, изрядно пропах различными производными конопли, которые, в основном, завозят сюда из Непала, где эту, почти единственную в стране отрасль промышленности, по слухам, контролирует лично сам король Непала. Насколько канабиенс развивает духовную составляющую человеческой особи, мы с Кошкой не пробовали и пока не собираемся, так что копчёная рыба, это единственное что мы вынесли для себя из духовного развития. Следующая встреча произошла когда мы валялись с Кошкой на пляже, и лениво наблюдали, как некий, преисполненный мускулов молодой человек, набросив красивую цветную верёвку на дерево совершал над собой насильственные действия, приседая и отжимаясь. Меня это заинтересовало, и я потащил свою жирную тушку знакомиться. Верёвка (а вернее – стропы) оказалась дорогущим импортным тренажёром морских пехотинцев USA, обещавшим счастье мужской красоты всякому, кто за него заплатит. Познакомились. Представился Димой, из Москвы. Вечером встретились в местной кафешке, поели креветок, поболтали. У него, с его слов, какая-то путанная, но весьма блестящая судьба полная различных заграничных учений и увлечений. В Индии он не первый раз, а в сей приезд показывает полюбившуюся страну своей спутнице Марине, нимфетке которую обозначил как будущую спутницу жизни. Рассказал, что владеет знанием некого совсем дикого, и совершенно лишённого присутствия белой расы пляжа небывалой красоты, расположенного в соседнем штате Махараштра. Пляж, примерно в 30 километрах от реки, отделяющей нашу деревню и штат от соседнего, недалеко от городка Вингурла. На следующий день мы, взгромоздившись на мотоциклы, двинулись познавать обещанное чудо. Перевалили через реку на местном пароме, и Дима рванул со всей дури вперёд, демонстрируя удаль молодецкую, как и пристало молодому самцу, преисполненному мускулов, за которым на мотоцикле сидит юница, составляющая предмет его вожделений. Так как Индийские дороги мало похожи на знаменитый немецкий скоростной автобан, всё моё внимание и старание было направлено на две вещи: во-первых, не отстать от Сусанина, а во-вторых, не уронить в канаву ойкающую на каждом повороте и кочке Кошку, для которой и моя спокойная езда предмет тяжких испытаний, а посему, хотя мы и доехали до пляжа благополучно, и даже вернулись с него в темноте тем же аллюром живые, дорогу я почти не запомнил. Пляж был великолепен. Белый, скрипящий как крахмал песок, абсолютно прозрачная вода, пальмы, чайки, и действительно полное отсутствие белых. Правда есть некое количество местных, из ближайшей деревни, которые что-то там добывали из местных скал, с любопытством на нас поглядывая украдкой, но они практически совсем нам не докучали. Через некоторое время новые знакомые зашли к нам в гости, и мы совсем уж было расположились попить портвейну, и даже начали его пить, как в дверях показался Алсен с известием о распродаже копчённой рыбы в центре Духовного развития этой Рыбы. Так как портвейна было много, а реальной закуски мало, я, на некоторое время оставив компанию на попечение Кошки, двинулся с Алсеном за рыбой, в чём и преуспел, привезя пару больших копчённых водоплавающих неизвестной национальности. Рыба была вкусной, портвейну много, и разговор вскоре с незначительных пустяков перешёл на то главное, о чём обычно совершенно бессмысленно спорят русские, когда много выпивки, достаточно закуски, то есть о боге. Надо сказать, что ещё в процессе наших предыдущих посиделок Дима поведал о своём увлечении путешествиями транспортным средством в которых служило ЛСД. Так, что о боге он, видимо, знал из первых рук, отстаивая его существование. Я же занял, для контраста противоположную позицию, рассматривая человечество с точки зрения Этологии, а вскоре, под влиянием замечательного местного портвейна, который здесь готовят ещё по старинным португальским рецептам, предложил версию, что человечество отнюдь не творение господа, а некий вирус, занесённый в его творение из вселенной. Впрочем, если бог творец всего, так значит и вирус его творение. С удовольствием поспорив ни о чём и, не придя ни к какому реально полезному выводу и, не найдя консенсуса, мы тем не менее хорошо провели время. Гости взгромоздились на свой мотоцикл, и живыми доехали до дома, а мы с Кошкой отправились в царство Морфея, распугивая местных насекомых спиртными парами. Вечеринка удалась. В последующие дни, недели мы ещё несколько раз пересекались на дорогах и пляжах. Дима с Мариной съездили на поезде в штат Керала, потом вернулись, и вскоре растворились во вселенной. Несколько раз появлялся и исчезал Алсен, более или менее отчуждённый от мира психотропами. Последний раз он даже появился с некой девушкой, принёс беляши, добытые у русской пары, которая зарабатывает приготовлением русской кухни, послушал с нами запись Радзинского и, ужаснувшись не позитивностью русской истории времён Катерины Великой, исчез решать проблемы с визой. Моя страсть к передвижениям (в принципе её можно назвать и Московским неврозом) ещё не до конца исчерпана. Я продолжаю насиловать Кошку планированием и передвижениями. Она, как может, сопротивляется, я настаиваю, и в результате мы всё же ещё несколько раз съездили по местам прошлогодней славы. В Махараштру на Парадиз биич, на пляж Ред форта. Пляжи замечательные, красивые. Ред форт, старинный португальский, к счастью до него не дошли руки индусов. Он весь пророс святым деревом баньяном. Очень красиво, но всё это мы видели уже в прошлом сезоне. Я сделал несколько попыток отыскать дорогу на пляж, который показывал Дима. Первый раз поехал один, уехал чёрт знает куда, и ничего не нашёл. Второй раз мы поехали с Кошкой, уехали чёрт знает куда, и ничего не нашли – кроме большой равнины и великолепного разноцветного стада коз и коров на водопое (ну ооочень нарядное). В третий раз – МЫ ЕГО НАШЛИ. УРА. Тут появился ещё один повод для разъездов. Сгорел адаптер к большому лэп-топу (у нас с собой их два, один большой, а второй маленький походный). Вначале поехали в Мапсу, городок поближе. Нашли несколько лавок компьютерных расходников, купили китайский адаптер за 500 рупасов с гарантией до двери. Привезли, включили, сгорел через два дня. Покопались в нете, и поехали в столицу – Панаджи. Нашли маленький, но куда более культурный на вид магазинчик (примерно, размером со стандартный Московский гараж) с гордым названием МАЙКРОСИТИ. Купили адаптер со многими наконечниками за 1850 рупасов, но с указанием евростандарта и в придачу большой бумажкой – гарантией, как сказали, на год (скорее всего врут, но он пока работает). Заодно погуляли в Панаджи по парку, перекусили в кафешке, вернулись, не пойманные полицией. Прав-то у меня с собой нет, а на мотоцикл вообще нет. Удивительно, что здесь всё и своим чередом находится, когда это необходимо. Представь, ты в совершенно чужой стране, люди вокруг говорят на, в общем-то, совершенно не знакомом тебе языке (ну знаю я по-английски слов двадцать), приезжаешь в столицу штата, не маленький город, и нужно найти магазинчик размером с Московский гараж расположенный совсем не там где это описывалось в нете. Едешь, спрашиваешь, не понимают, отвечают, не понимаешь, и тут из автобуса выходит человек, который никоим образом не должен был тут оказаться, с которым ты мельком встречался совершенно в другом месте, подходит, здоровается, переводит, ты едешь и, находишь то, что надо. И так во всём. Вот такие дела, как любил говаривать Курт Воннегут. Вообще, мы не очень тусуемся. По всяким пати не ходим, по вечерам с помощью вновь обретённого адаптера смотрим разные закачанные ещё в Москве фильмы и гуляем возбуждая окрестных деревенских собак своим не индийским запахом и говором (для них у нас всегда с собой крепкая бамбуковая палка). Последнее время перешли на документальные фильмы. С удовольствием посмотрели записи передач с Радзинским, Лотманом. В общем, от художественной фигни перешли к более интеллектуальным просмотрам. Интересно. Гуляем по бесконечному пляжу от Арамболя и далее. Я вообще, к своему каждодневному утреннему плаванию добавил пешие прогулки днём время от времени то стирая, то натаптывая ноги о твёрдый как бетон прибрежный песок. Арамбольский пляж, широченный плавно переходит в пляж Мандрема, затем так же без особых изменений в Ашвем, и Морджим -упирается в реку Чапора Нади. В принципе туда можно пройти пешком и из нашей обители - Керима - от ближайшей реки Тиракол, разграничивающей штат ГОА от Махараштры. От этой реки, увенчанной с другого берега Тиракольским фортом (но этот форт не интересный, причёсанный индусами до состояния гостиницы и взимания 100-200$ за номер в сутки), по нашему пляжу, через горы по хитро петляющей тропе выходишь к Сладкому озеру (т.е. пресному – у индусов все пресные озера называют сладкими – наверно в их понимании, если не солёное, значит сладкое) за которым находится в джунглях знаменитый баньян - не размерами (чем обычно отличаются и поражают воображение), а тем, что когда-то этот пяточёк был (якобы) посещен Битлс (мы там тоже были в прошлом сезоне). В районе баньяна за озером живут всякие интересные личности. Живут, медитируют, курят свой бамбук, познают вечность. Пляж Сладкого озера, которое находится напротив моря, всего в десятках метров, и через уже небольшую гору, застроенную бунгало и лавочками выходит собственно на Арамбольский пляж, ну а далее как выше описано. Если по Сиолимскому мосту перейти через речку Чапора Нади, можно потихоньку дойти и до самого Панаджи. Но, это далековато. За один день туда, пожалуй, и не дойти. Разок съездили и на местный блошиный рынок в Анджуне походили, побродили, Кошка даже что-то прикупила. Есть ещё и ночной рынок, в ночь с субботы на воскресение, но это скорее большое шоу, чем способ что либо купить. Всё что там продаётся, есть и в Арамболе на Мейн стрит и на дневном рынке, но ночью это так романтично и загадочно. Мы тоже были там, в прошлом году. В этом году, Кошка объявила свой ночной сон святым как баньян (а также, инжир, фикус и манго..), и ехать отказывается, говоря, что от бессонной ночи не хочет потом страдать весь следующий день. Ну, и бог с ним. Её святой сон иногда осмеливаются нарушать разные присущие деревне звуки. Лают собаки, по утрам нахально горланят петухи, хрипло не по-русски мычат коровы, позже проезжая на велосипедах мимо дома дудят в свои средневековые дудки развозчики булочек. Со всем этим безобразием она пытается посильно бороться, но тщетно. Есть и ещё отдельный враг Кошачьего святого сна. Это индусы. Дело в том, что у них, как и у всякого религиозного сообщества за тысячелетия накопилось очень много праздников (а религий и богов здесь много). Примерно 365 праздников в году. И всё бы ни чего, да вот беда, ОНИ ИХ ПРАЗДНУЮТ. Помимо праздников есть ещё и фестивали. Это уже оооочень большой и шумный праздник. В общем, время от времени они выстраиваются в шеренги, и с барабанным боем проходят по улице под нашим домом. Так как деревенские рано встают, то естественно шествие начинается, когда Кошка ещё почивает, а так как это праздник, то обратно, так же с барабанным боем и песнями, они проходят тогда, когда Кошка уже почивает. Немного облегчает жизнь то, что они НЕ всегда проходят под нашим домом. Деревня Керим очень большая, и разных Темплов (церквей) в ней удивительно много. Так что когда праздник отмечается вокруг Темпла на другом конце деревни, он почти не мешает. А вообще, Утра здесь великолепные. Рассасывается ночная тьма, редеет туман и из-за горы показывается солнышко. Если приподнять голову над подушкой то можно долго и с удовольствием наблюдать в окошко, как утренний ветерок треплет ветки пальм, за утренним моционом птичек на соседних деревьях, белками, которые носятся по своим беличьим делам с дерева на дерево. Позже, мощный вожак обезьян может пригнать на завтрак выводок своих жён и детей, управляя ими грозным уханьем. По дороге, возвращаются с утренней пахоты волы, погоняемые хозяином с деревянной сохой на плечах. На разные голоса поют птицы, гортанно переговариваются индусы, собираясь на дороге на чистку зубов и прочее, и прочее.. Днём и ночью Кошка гоняется за птичками, обезьянами, цветочками, индусами и прочим с фотоаппаратом. Птички, иногда отказываются позировать, обезьяны огрызаются, индусы стойко терпят, одни цветочки мужественно переносят экзекуции. Смешнее всего было наблюдать, как Кошка в темноте пыталась сфотографировать сову. Глазами её видно, а на панели фотоаппарата не видно. Пока она целилась, наугад в темноте, сова улетала. И так много раз, и всё же одну сову она подстрелила. Смешная очень, сидит на проводе как бочонок, и в глазах вопрос «Ты кто?». Теперь гоняется за каким то пернатым разноцветным существом с острым длинным клювом, спереди коричневый с белой манишкой, а крылья бирюзовые - прозван нами шуруповёртом за похожую геометрию силуэта. ++++++++++++++++++++= А теперь персонально для Губермана, так как, я думаю, Женьке это читать будет скучно. Раз я так и не доспорил с нашим гостем Димой, по поводу БОГА, попробую коротенько изложить, что же я по этому поводу думаю. Ни каких претензий на оригинальность, так, документальными фильмами навеяло. С чего бы это начать. Ага. Начнём с главного, то есть со жратвы. Итак, человек, как земная биологическая система, как система вообще, поглощает (сторону выделения я здесь затрагивать не буду, как и вопросы обмена веществ) субстрат – нужные ему для построения и поддержания на нужном уровне функционирования организма питательные вещества из твердой пищи, жидкостей и газов (с целью экономии места я буду называть далее питательные вещества едой вне зависимости от того, в какой по консистенции субстанции они находятся), покоряет пространство, осваивает и подчинят себе суб- и супра- уровни иерархии систем, и занимает своей жизнью определенный отрезок времени. Если система функционирует успешно, она поглощает столько пространства, времени, уровней иерархии и субстрата, сколько может усвоить без вреда для себя, и в таких пропорциях, которые обеспечивают оптимальное функционирование данного вида системы. Успешность функционирования может быть выражена единицами пространства, времени, уровней иерархии, количества субстрата, и соотношения (в каких пропорциях поглощается то или иное). В данном случае, не нужен точный подсчет, достаточно прикинуть, как говорится, «на глаз». Поэтому предположим некую величину «Успешность функционирования», «УФ» и наличие у нее неких единиц. А для того, чтоб выяснить, что для человека и человечества со всеми промежуточными уровнями иерархии могло бы быть ближе всего к эквивалентному выражению этих УФов, что могло бы выражать успешность, быть критерием успешности в разные периоды развития человечества, потребуется пробежаться по истории. Побежали. Еда – естественный эквивалент УФ животных и первый эквивалент УФ древнего человека. Пространство измеряется тем, насколько полно оно может прокормить. Время измеряется тем, сколько и какой оно доставляет еды. Иерархия очередности доступа к пище регулирует степень сытости каждого. Иерархия формируется пищей, выкармливающей вождей и воинов. Сытость определяет, будет ли удержано кормящее пространство. Будущее человека всецело определяется тем, сколько он добыл еды. Едой расплачиваются с новорожденными богами за щедрое на пищу пространство-время, порождая обряды, а вместе с ними – нравственность как отражение того, следует или нет член племени ритуалам и нормам поведения, т.е. нравам,. Сам человек измеряется тем, насколько он способен добывать пищу, соответственно, умение добывать пищу есть главная ценность. Примечательно, что в этот период, кое-где длящийся до сих пор, эквивалент УФ и субстрат совпадают. А у «цивилизованных» народов так было до тех пор, пока человек не научился пищу производить. Как только это произошло, эквивалентом УФ стал труд. А умение производить пищу стало главной ценностью. Деньги как средство обмена зародились тогда же, но не играли большой роли. В остальном, все было по-старому. Очень быстро там, где критерием успешности стал труд, ему на смену пришел рабский труд, так как человек достаточно умен, чтоб придумать рабство, и достаточно ленив, нагл и жесток, чтоб его использовать. Раб стал эквивалентом УФ. Вернее, количество рабов и их качество, т.е., подневольно-работоспособность. Этот период, когда неравенство было возведено в абсолют, продлился достаточно долго, чтоб высвобожденные от забот о хлебе насущном умы и руки создали выдающиеся, настолько выдающиеся, что даже сейчас с трудом верится, культуры, достигли высочайших высот в искусстве, ремеслах и науке,… и начали деградировать. Но этот период продлился достаточно долго и для того, чтоб подневольные глубоко, до самых основ, впитали в себя рабство, и уже принимали рабские религии – христианство и (естественно, позже и восточнее) ислам. Затем, когда рабовладельческие империи развалились, эквивалентом УФ стал крепостной. Это такая мягкая форма рабства. В те времена в качестве эквивалентов УФ второй очереди еще использовались привилегии, земля, ставшая объектом индивидуальной собственности, и деньги, роль которых заметно возросла. Взамен, стоявших на силе и военном искусстве и теперь погибающих античных империй, - возникали и стремительно разрастались империи религиозные – христианство, в первую голову (на исламе можно подробно не останавливаться – он возник значительно позже и на первых порах во многом повторял христианство, на восточный манер, а затем учел и избежал многих его ошибок). Как писал Фридрих Ницше в своем замечательном труде «Антихрист»: «„Закон”, „воля Божья”, „священная книга”, „боговдохновение” – все это только слова для обозначения условий, при которых жрец идет к власти, которыми он поддерживает свою власть – эти понятия лежат в основании всех жреческих организаций, всех жреческих и жреческо-философских проявлений господства». Поп обращается к, ставшей за поколения рабства, интимной рабской психологии с предложением стать «рабами Божьими», т.е. рабами хозяина-Бога взамен хозяина-человека, с возведенной в абсолют рабской моралью, чем обещает свободу от рабства земного, но сам себя называет слугой Господа. Этим поп создает иерархию. Статус слуги выше статуса раба. И когда на смену рабовладельческому строю пришел феодальный, власть церковная стала значить больше, нежели монаршая. Таким образом, вторым по значимости (в первой очереди) эквивалентом УФ стал духовный сан. Позже, когда в Европе отгорели костры инквизиции, на передний план вышел наемный работник. Вот тут характер, род эквивалента УФ радикально изменился. Им перестали быть субстрат или человек как производитель субстрата. Им стали деньги. Эквивалент УФ совпал с универсальным средством обмена. То, что мы имеем сейчас. В разное время в разных странах деньги теряли ведущее значение в качестве эквивалента УФ. Им становились в тоталитарных государствах – власть, в номенклатурных – должность, в демократичных – статус, в либеральных – право, в религиозных – сан, но деньги все равно возвращались на пьедестал ведущего критерия успешности функционирования, а власть, должность, статус, сан и право занимали места, следующие после первого. В новейшее время появился новый эквивалент УФ – информация, но она пока остается лишь многообещающей претензией на будущее лидерство. Деньги еще долго останутся основным эквивалентом. Невозможно объять необъятное. Невозможно рассмотреть все произошедшие и происходящие на Земле или даже в человеческом обществе битвы за эквивалент УФ, о которых известно из истории, из программ новостей или из повседневной жизни. Возможно, лишь вкратце описать характерные. Вот человек делает деньги. Большие деньги (при этом деньги этим человеком искренне считаются честно заработанными, хотя он смутно и догадывается, что честным трудом больших денег не заработать). И чем больше денег он делает, тем с большим усердием он наращивает успех. На эти деньги можно купить очень много пространства, что он и делает. Часть денег он уже обменял на власть, статус и право, и сомневается, не обменять ли ему еще немного на сан (это хорошо было показано в замечательном фильме Крёстный отец, который мы недавно пересмотрели)? К счастью для него, деньги это не еда, они не портятся. Их, правда, могут отобрать, поэтому он вынужден менять часть денег на наемников и право. Деньги съедает инфляция, но это не беда, если их правильно вложить, то есть, делать еще больше денег. Часть денег меняется на информацию. Часть – на подчинение себе уровней иерархии. Часть – на здоровье, иначе - время здоровой жизни. Человек успешен. Но что-то его беспокоит. Может быть, беднота вокруг? Человек меняет часть денег на свое душевное спокойствие через уплату налогов на легализованную часть доходов и благотворительность. Нужна ли ему иная идея, кроме прагматизма? Не думаю. Нужна ли ему иная религия, кроме торгашеской веры в то, что все можно купить и вопрос лишь в цене? Нет, конечно. Нет, религия нужна, но не как вера в Бога, а как деталь костюма и как средство управления народом, если на власть обменено слишком много, ведь вложенные во власть деньги тоже «должны работать» и приносить доход. Вот другой человек делает политическую карьеру. Хорошую карьеру (при этом достигнутые высоты карьерного роста этим человеком искренне считаются признанием его способностей и усердия, хотя он смутно и догадывается, что является тормозом для действительно одаренных людей, а то, чему он служит - подло, и деструктивно во времени). Чем выше человек взлетает, тем с большим усердием он рвется ввысь. Он обретает власть. Чем выше человек забрался, тем большую власть он обрел. И вместе с властью он обретает пространство, уровни иерархии и время, а также возможность получать столько денег, статуса и права, сколько позволяет достигнутый уровень. Человек успешен. Но что-то его беспокоит. Может, властвование его приносит больше конструктивного, чем деструктивного, для него лично, а для тех, кем он управляет, с плодами его усердия всё наоборот? Как бы не скинули. А не поддержать ли ему церковь? Нет, о вере речи не идет – зачем? Речь идет о завуалированном загадочными, соблазнительными и априори понимаемыми большинством как «правильные» понятиями вроде «духовности», «милосердия», «жизни во Христе», но, несмотря на туман, довольно эффективном инструменте управления, и не более того. Это раньше идеи коммунизма было достаточно на все случаи трудностей жизни управленца, а теперь – где она, идея такого уровня? Нету. Одна надежда – на попов. А вот человек делает карьеру общественного деятеля. У него есть харизма, чтоб «заводить» народ, есть ум и знания, чтоб противостоять оппонентам, есть везение, чтоб не нарываться на неприятности. И он преуспевает. А когда преуспевает, меняет свой статус на… . Да всё на то же, на деньги, и через них – на все остальное. Нужна ли ему идея? Еще бы! Он ей живет. Вернее, за счет нее. Нужна ли ему религия? Только если религия – та самая идея, которая его кормит, либо если она – хобби. А этот делает карьеру священника. Ох, наконец, подобрался к завершению, а то уже пальцы по клавишам не стучат. Он верит сам и несет веру в массы. Чем больше несет, тем больше верит. В смысле, что делает богоугодное дело. Чем лучше у него получается, тем лучше для церкви, к которой он примкнул, и, соответственно, тем выше у нашего священника сан. Чем выше сан, тем больше власти и права, тем выше статус, да и денег, чего греха таить, тоже побольше перепадает. Со своей задачей – преумножением паствы, священник справляется успешно, ведь он востребован обладателями власти, денег и статуса. Они позволяют ему влезать в светские институты, главным из которых является образование. А это уже не мелочь. Это разрушение кузницы неподатливых к поповскому влиянию кадров, ведь строгое знание и вера антагонистичны. Как говорил Ницше, «Жрец знает только одну великую опасность – науку: здоровое понятие о причине и действии. Но наука в целом преуспевает только при счастливых обстоятельствах: нужно иметь избыток времени и духа, чтобы „познавать”… Следовательно, нужно человека сделать несчастным: это всегда было логикой жреца. – Можно уже угадать, что, сообразно этой логике, теперь явилось на свет: „грех”. Понятие о вине и наказании, весь „нравственный миропорядок” изобретён, против освобождения человека от жреца… Человек не должен смотреть вне себя, он должен смотреть внутрь себя: он не должен смотреть на вещи умно и предусмотрительно, как изучающий; он вообще не должен смотреть: он должен страдать… И он должен так страдать, чтобы ему всегда был необходим жрец – Прочь, врачи! Нужен Спаситель. – Чтобы разрушить в человеке чувство причинности, изобретаются понятии о вине и наказании, включая учение о „милости”, об „искуплении”, о „прощении” (насквозь лживые понятия без всякой психологической реальности): все это покушение на понятия причины и действия! – И покушение не при помощи кулака или ножа или откровенности в любви и ненависти! Но из самых трусливых, самых хитрых, самых низменных инстинктов! Покушение жреца! Покушение паразита! Пустите попов в школу (вообще любых догматиков, хоть церковных, хоть сектантов, неважно – т.к. все они лезут в школу и даже детский сад под прикрытием псевдо светских образовательных программ и подставных «общественных» организаций), и на российском образовании можно будет ставить крест. Знание уничтожается любой религией. Вера требует голов, наполненных предрассудками, страданиями и страхами, но не знаниями. Нужна ли попу идея? Как инструмент, орудие труда. Нужна ли ему религия? Это его кормушка. Парадокс заключается в том, что сами эквиваленты УФ образуют системы. Финансовую, государственного управления, правовую, информационную, конфессиональную, публичную, научную и другие. Каждая из них начинает жить своей собственной жизнью. Каждая из них точно также поглощает субстрат (строительный материал), завоевывает пространство, время и уровни иерархии. И каждая из них обладает духом, волей к поиску новых путей и способов достижения собственных целей поглощения. А субстратом для них являются люди. Мы с Вами. Вообще, об этом можно рассуждать до бесконечности, но, Кошка уже хочет спать, а я ей мешаю, а по сему, заканчиваю дозволенные речи и на том пока прощаюсь. Ваши Предатели.
